Православие в жизни Астрахани, Астрахань в жизни России
До 2014 г. - Профсоюз астраханских судостроителей и судоремонтников
Общественная организация
«Промышленный профсоюз»

Православие в жизни Астрахани, Астрахань в жизни России

Православие в жизни Астрахани, Астрахань в жизни России

В день памяти святого священномученика Иосифа, митрополита Астраханского и Терского прочтите эту проповедь, первого митрополита Астраханского и Камызякского, ныне почившего высокопреосвященнейшего Ионы. Эта проповедь поможет глубже узнать и понять историю и дух Астраханского края.

Уже долгое время меня не оставляет желание: поделиться любовью и удивлением перед многоликой и самобытной, ставшей для меня очень родной Астраханской землей. Этот уголок России, удаленный от центра страны к югу на полторы тысячи километров, куда-то на край Европы и Азии, часто кажется глубокой окраиной, живущей своей жизнью, мало напоминающей характер и устройство жизни остальных областей нашей Родины. Взоры приезжего поражает пестрота местных обычаев и наречий, соединение, казалось бы, несоединимого: унылого однообразия выжженных солнцем просторов с экзотически буйным торжеством жизни в прикаспийской речной дельте; крайней скудости и тягот жизни в засушливых степях и солончаках с полнотой изобилия и разнообразием южных даров рядом с источником влаги. И все-таки Астраханский край — это по-настоящему русская земля, непременная часть нашей огромной державы. Россия без нее не была бы Россией во всей ее полноте и многообразии. Астраханский край, издревле бывший территорией-перекрестком, местом встречи разных народов, культур, религий, давно и таинственным образом связан с Русью, вовлечен в ее историю и настоящее, питается в своих характерных духовных и культурных традициях от корней русской духовности и культуры.

Уже в первые века по Рождеству Христову через Кавказ в эти края пришла проповедь христианства. С VIII в. можно уверенно говорить о существовании здесь целой отдельной епископии [1]. Сюда, с целью поддержать местных христиан в диспутах с иудеями и мусульманами, в середине IX в. из Константинополя прибудут святые ученые братья Кирилл и Мефодий — те, которые даровали письменность и просвещение всем славянским народам. В X в. из Волжского устья в набеги на Русь станут собираться хазарские орды, пока в 968 г. предел их могуществу не положит поход киевского князя Святослава, дочиста разоривший столицу Хазарии город Итиль.

Позднее, в XIII в., на приволжских просторах возникнет другая столица — огромный, растянувшийся на десятки километров вдоль русла Ахтубы город Сарай-Бату, средоточие власти золотоордынских правителей-ханов. В течение нескольких столетий судьбы Руси станут вершиться отсюда. В Сарай-Бату за татарскими ярлыками будет часто приезжать русская знать и церковные иерархи, места эти станут юдолью страданий и христианского подвига благоверных князей и простых русских людей, многими тысячами угнанных в неволю.

Несколько раз ездил в Орду св. князь Александр Невский. Как только с татарской стороны возникала угроза, он отправлялся в Сарай, чтобы спасти Русскую землю от новых нашествий. Сюда, после разорения в 1237 г. Рязани, был приведен плененный князь Олег Красный. Более десяти лет провел он в неволе в Сарае, и все это время татары принуждали его отречься от православной веры. Изумленные мужеством и терпением знатного пленника, они в 1252 г. отпустили его обратно на Русь [2].

В Орде приняли мучения за Христа св. князь Михаил Черниговский и боярин его Феодор. В 1246 г., прибыв в Сарай по повелению хана, князь Михаил со своим верным слугой отказались участвовать в языческом обряде и были преданы казни (память 14 февраля). Тем же подвигом засвидетельствовал свою веру князь Рязанский Роман, восклицая, несмотря на мучения: «Христианин есмь! И святая воистину вера христианская!» (память 19 июля). В Орде долгое время находились св. князь Глеб Белозерский (память 25 мая) и св. князь Феодор Смоленский и Ярославский (память 5 марта). В житии последнего повествуется, что, будучи изгнан со своего княжения ярославцами, князь с 1281 по 1292 г. нашел себе пристанище в Орде. Здесь он женился на дочери хана Менги Тимура, которая перешла в Православие и в крещении приняла имя Анны. В Орде у них родились два сына: Давид и Константин. Родители сумели воспитать их крепкими христианами, и оба они почитаются в Русской Церкви святыми (память тогда же, 5 марта).

Кроме князей, как уже говорилось, в Сарай приезжали многие церковные иерархи. Святитель Феогност, митрополит Киевский, в 1342 г. оклеветанный перед ханом Узбеком, претерпел пытки здесь. Во время визита в Орду святителя Алексия Московского им было совершено известное чудо: исцеление ханской жены Тайдуллы от глазной болезни. После этого святитель Алексий еще не раз приезжал в Сарай, чтобы ходатайствовать за Русь, и татарские ханы всегда принимали московского чудотворца с большим уважением. Чудесами в Орде также прославился святитель Кирилл, архиепископ Ростовский. В 1257 г. он исцелил от тяжелой болезни наследника хана Берке. Глядя на это чудо, другой ордынский царевич, племянник Берке, решился принять христианство. Он тайно покинул Сарай и прибыл в Ростов к владыке Кириллу, от которого татарский царевич принял крещение с именем Петр, а затем стал монахом. Преподобный Петр, царевич Ордынский, прославлен Русской Церковью и причислен к лику святых (память 30 июня).

Татары в Орде постепенно позволили русским пленникам и рабам строить свои храмы. Так была учреждена самостоятельная епархия с центром в Сарае. В 1261 г. для нее в Киеве был поставлен первый епископ Сарайский Митрофан [3]. Помимо Сарай-Бату, православные храмы были построены во многих других татарских селениях, где проживали выходцы из Руси. Епархия просуществовала вплоть до XV в. — времени упадка Золотой Орды, и управляли ею такие известные исторические личности как епископ Феогност (ум. 1290 г.), бывший в свое время столпом Русской Церкви и имевший большой авторитет не только на Руси, но и в Константинополе. Епископ Матфий I (1365-1382) известен в истории тем, что оставил после себя известное «Поучение смиренного Матфия Сарайского». Мученический подвиг совершил здесь же епископ Анфим, преданный казни в конце XIII в. Ногаем, татарским темником.

После раздела Золотой Орды край приходит в упадок: в нем полыхают междуусобицы, его разоряют ногаи и крым-цы. Только с 1556 г., времени вхождения в состав Московского царства, в истории его открывается новый период. Прикаспийские и поволжские земли постепенно осваиваются русскими переселенцами, которые приносят с собою более развитые и устойчивые общественные порядки, характерные обычаи, быт, культуру и духовность.

С первых шагов одной из надежных скреп местной жизни становится вера и Церковь. Недаром игумен Кирилл, церковный деятель XVI в., зачинатель духовных традиций Астрахани, известен в истории под именем «Первостроителя Астраханского». Священники и монахи в буквальном смысле строили Русь. В первых рядах переселенцев они двигались на Восток, ибо без храма, особенно в малообжитых и отдаленных местах, русскую жизнь невозможно было себе представить. Православию вообще свойственно соборное устремление — желание жить единой вселенской семьей, без разделения и подавления одного другим. И потому православная духовность, объединившись с мощным порывом народных низов в новые земли, а также с усилиями Московских царей укрепить на подвластных им рубежах твердый порядок, органично и прочно легла в основание растущего государства, навела мостки мира и взаимопонимания с местными народностями, религиями и культурами. Воля народа, крепкая власть, православная церковность создали вместе Россию, какую мы знаем из прошлого и достижениями которой в большой мере живем до сих пор.

На обширных восточных и южных территориях русские закреплялись не просто как колонисты — с военной или хозяйственной целью. Они по-настоящему обживали и осваивали их, т. е. делали своими, русскими землями, становясь, в свою очередь, плоть от плоти своей малой родины. Когда мы говорим о таких русских культурно-исторических типах, как сибиряк, северянин, уралец, или — донской, терский, яиц-кий, кубанский, приамурский казаки — мы как раз утверждаем, что в каждой из этих областей, когда-то освоенных русскими, сложилась своя уникальная традиция духовности и культуры, свой характерный сплав русского духа и местных условий. Существовал такой сплав, несомненно, и в Астрахани — тип «коренных астраханцев», который и по сей день проглядывает в облике и характерах здешних людей. Нет ни малейших сомнений, что земля эта, поначалу незнакомая и даже чужая для русского сердца, через какое-то время (скорее всего, к концу XVII в.) уже прочно становится русской землей. Русская жизнь здесь приобретает свои специфические черты: возникают новые занятия и ремесла, своеобразный быт, взаимоотношения, межнациональные связи, культура. И если отличия в хозяйственной и бытовой сторонах местной жизни объясняются простой разницей в природных условиях — жарким климатом, степью и изобилием волжских рыбных запасов — то для возникновения здесь общественной и духовной традиций пришлось много трудиться.

Специфика Астрахани первого времени в том, что она, далеко отстоя от традиционных центров русской жизни, вместе с тем, не была чисто арифметической прибавкой к территории России. Она играла принципиальную роль для всего обширного региона поволжских, средне- и южнорусских земель. Это был крайний форпост на юге, который давал всему Московскому царству гарантию безопасности и хозяйственной устойчивости. Астрахань замкнула на себя течение Волги. Так стал возможен контроль над всем огромным протяжением ее русла, от истока до устья, умещавшегося с этих пор в пределах одного государства. Город получил статус столицы особого Астраханского царства, а титул Московских царей звучал так: «Великий Государь Московский, Казанский и Астраханский».

Тем не менее, сил и возможностей управлять краем и поддерживать в нем должный порядок у Москвы из-за огромного отдаления не хватало. На далекой и сытой окраине текла вольная, а потому неспокойная жизнь, и всякая неуверенность центральной власти или несогласие в обществе грозили тотчас отозваться в Астрахани самыми сильными и непредсказуемыми последствиями.

Интересно и в высшей степени символично: Волга, великая наша река, сердце Руси, достигает своей полной силы и завершает свой путь именно в этих отдаленных местах. Так и на историческом пути нашем: многое в жизни России — успехи и противоречия, сильные и слабые стороны жизни ее, все подробности ее духовного состояния — заметней всего отзываются и проявляют себя здесь, в Астрахани. Мы видим, как лучшие качества русской души: уживчивость, терпение, доброта, непритязательность, оптимизм, способность оставить в стороне собственные интересы для общего дела — становятся надежным залогом закрепления русских в новом для них, неприветливом крае. Мы можем заметить, как мало-помалу в Астрахани образуется традиция мирного жительства и доброго соседства между народами и религиями, как оживляется земледелие, речной промысел и торговля. Наше внимание, наконец, привлекает появление и укоренение здесь духовной культуры и просвещения, на основе которых только и можно представить согласие и созидательный настрой в обществе. Однако же мы наблюдаем и то, как эта земля в силу своей отдаленности притягивает к себе корыстные взоры воевод и начальных людей, как в ней происходят неправедный суд и расправа. Мы видим, как вольные степные просторы и слабость законных порядков притягивают в эти места охочий до легкой наживы воровской люд; как раз за разом Астрахань хотят сделать столицей отдельного царства — разбойной, разгульной, беспечной Руси.

В этих условиях на особое место для края выдвинулась духовная власть и православная церковность с ее неизменным настроем на совестную самопроверку, труд и взаимопонимание. Со своими вопросами и затруднениями астраханские жители традиционно прибегали к помощи Церкви, как независимого судьи и защитника, в том числе и при несправедливости воевод и начальных людей. Нередко, как мы увидим, астраханскому архиерею и вовсе приходилось брать на себя управление краем и собственным влиянием, и авторитетом водворять в нем законный порядок.

Эта уникальная роль астраханского Православия особенно очевидна в периоды смут и конфликтов между народностями края, в частности, в миссии примирения русских с татарами, ногаями и калмыками; в погашении череды бунтов Смутного времени и знаменитого восстания Разина. Здесь влияние Церкви становилось решающим. Игумен Кирилл, архиепископы Пахомий и Феодосии и, конечно же, митрополит Иосиф приложили весь свой пастырский опыт и силу личного примера к приведению Астраханского края в согласие и спокойствие, в покорность закону. Таким образом, в Астрахани уже с первых десятилетий складывалось особое, необычное соотношение государственного и церковного влияний, уникального типа взаимодействие между ними. Церковность в освоении и развитии нашего края сыграла огромную роль, что в конечном итоге было отмечено приданием с 1666 г. Астрахани статуса митрополии с правом быть третьей по чести в Московском царстве, вслед за древним Новгородом и Казанью. И сегодня, в стоящих перед нами проблемах, если мы захотим уяснить, откуда пошла и чем была крепка Астрахань, каким образом ей удалось пройти многочисленные искушения и добиться успехов в развитии, нам необходимо иметь в виду большое участие Церкви в устроении здешней жизни и поддержании общественного равновесия.

Из поколения в поколение эта роль православной церковности реально отражалась в тысячах судеб, которые вместе слагали историю Астрахани. На страницах данной работы мы проследим некоторые из них и узнаем о том уважении, которое завоевал игумен Кирилл между татарами-мусульманами, сумев навсегда примирить этот народ с русскими; о том, как обрел мужество и умер героем воевода Прозоровский; как освободил Москву от поляков и самозванца епископ Астраханский Феодосии; о необычном старце Троицкого монастыря Мисаиле, родом из ливонских немцев, который первым вырастил в Астрахани виноград; о владыке Пахомии, победившем в сражении 50-тысячную орду кочевников; о купце и промышленнике Павле Дубенском, не побоявшемся пройти сотни верст к Астрахани, чтобы предупредить о приближении разбойного войска; о пятидесятнике Фроле Дуре, в одиночку вставшем с саблей в дверях Успенского храма и закрывшем собой женщин, стариков и детей; об удивительном походе на Астрахань князя Милославско-го, в котором врагов, плененных в сражениях, радушно принимали, кормили и отпускали на волю... О тех, кто помог Астрахани — да что Астрахани: целой России! — устоять в потрясениях того тяжкого времени.

Самое удивительное, что всех этих героев объединяет между собой величественная, вставшая как бы над временем и событиями фигура церковного иерарха и мужественного собирателя Руси, митрополита Иосифа, священному-ченика Астраханского. Кажется, что одной человеческой жизни не вместить в себя столько событий: правление Бориса Годунова, Смутное время, начало династии Романовых, церковные реформы XVII в., старообрядческий раскол, расследование «дела Патриарха Никона» и страшный бунт Стеньки Разина. Это целая историческая эпоха, в которую наше Отечество раздвинуло свои рубежи далеко на Восток, собрало под крыло православные народы Украины, Белоруссии и Грузии, преодолело решительный переход от прежней патриархальной Руси к новой и сильной Российской державе.

Необычайно богатое время. Необычайного напряжения труд и ответственность, выпавшие на долю Астраханского владыки Иосифа...

Огромные поволжские территории, от Саратова к понизовьям, в XVII в. относились к ведению Астраханской епархии и стали ареной важнейших событий. Окраинная Астрахань увидела в своих стенах мятежного атамана Заруцкого и самозванную царевну-полячку Марину Мнишек; через Астраханские земли пролег путь Вселенских Патриархов, прибывших на Московский собор 1666 г.; в Нижнем Поволжье, наконец, собралась страшная буря Разинского восстания, которая многие годы терзала многострадальную Русь, пока не выдохлась и не была окончательно побеждена здесь же, в последнем своем Астраханском оплоте. Можно с уверенностью сказать, что в XVII и XVIII вв. именно на Волге и Тереке решался вопрос: быть или не быть единой и крепкой русской церковности, и государственности? И, благодарение Богу, традиции духовной жизни и общественного согласия на южных окраинах к этому времени уже были заложены. Нашлись духовно крепкие люди — те, кто был готов устоять и вынести на своих плечах бремя противоречий и озлобления.

С тех пор, повторюсь, Астраханская земля — это земля русская: она получает свою характерную традицию духовности и народной жизни, свое уникальное место в прошлом и настоящем России. Она обильно орошается кровью наших воинов и страдальцев, горячим потом поколений мирных тружеников и созидателей, она вымолена перед Небом молитвой и подвигом православных подвижников.

Архиепископ Астраханский и Енотаевский ИОНА (Карпухин).

 

Все новости ПП

Анекдот от профсоюза

Если ты упустил свой шанс не думай, что он последний. Будет ещё много шансов которые ты упустишь.